Есть на карте Истринского района поселок с названием Пионерский. Названию поселка около 60 лет, а вот сама история поселка насчитывает более 400 лет. В прошлом это старинное село Покровское – Рубцово, здесь же знаменитая усадьба, связанная с именами выдающихся деятелей истории, культуры и меценатства.
Много замечательных страниц в славной истории Покровское -Рубцово. Одна из них – чеховская. Однако – по порядку.
Первые документальные упоминания о землях, на которых позже расположится усадьба Покровское — Рубцово, относятся к Х
IV веку, когда по духовной грамоте великого князя Ивана Калиты его жена Ульяна получает в наследство волость Сурожик. В 1585 году эти земли числились в вотчине крупных землевладельцев Ябединых.
В начале XVII века Рубцово переходит во владение известного рода Нащокиных, служивших великим князьям с ХIV века. Кстати сказать, среди представителей рода Нащокиных и сердечный друг Пушкина – Павел Воинович.В 1743 — 1745 гг. Николай Михайлович Нащокин на свои средства сооружает каменную церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы. По окончании строительства церкви Рубцово стало называться селом Покровское — Рубцово. В это же время разбивается регулярный липовый парк с небольшим прямоугольным прудом с островом посередине его. К 70-80 годам
XVIII века здесь уже было налажено обширное хозяйство, проведено строительство основного комплекса усадебных построек: «господский дом каменный со службами каменные и деревянные. При нем два сада регулярные…». Любопытно, что в усадьбе имелся и свой конный завод с английскими и немецкими лошадьми.В конце XVIII века усадьба, достигшая к этому времени наибольшего расцвета, меняет владельцев и переходит в род Голохвастовых. Это произошло в 1786 году, когда владельцем Покровского– Рубцово становится действительный статский советник Павел Иванович Голохвастов. Представители дворянского рода Голохвастовых, происходивших, по преданию, от выходцев из Литвы, уже с конца XV века владели землями в Звенигородском уезде. Этот старинный род известен видными военачальниками, дипломатами и литераторами. В 1822 году село Покровское – Рубцово переходит по наследству Дмитрия Павловича Голохвастову. По воспоминаниям современников, Д.П. Голохвастов — личность талантливая, разносторонняя: попечитель Московского учебного округа, советник Московского губернского правления, судья по выборам дворянства, ему принадлежали ряд трудов по древнерусской истории и литературе. Примечательно, что Д.П. Голохвастов приходился двоюродным братом Александру Ивановичу Герцену. В 1829 году 17-летний Герцен приезжал погостить вместе с отцом и своей двоюродной племянницей в Покровское – Рубцово.
Следующий владелец усадьбой – Дмитрий Дмитриевич Голохвастов. Активный, деятельный, пользующийся большим уважением в Звенигородском уезде, коллежский секретарь Д.Д. Голохвастов был избран предводителем дворянства этого уезда.
И, наконец, брат Дмитрий Дмитриевича — Павел Дмитриевич Голохвастов. Это был известный историк, публицист, филолог, сотрудник журналов «Русский Архив» и «Русь», знаком с самим Л.Н. Толстым, переписывался с ним. В 1882 – 1886 гг. П.Д. Голохвастов служил мировым судьей Звенигородского уезда и жил в Воскресенске.
Именно с ним был хорошо знаком Антон Павлович Чехов. Потому появилась такая строчка в одном из его воскресенских писем: «Бываю в камере мирового судьи Голохвастова – известного сотрудника «Руси».
Но не только в судебной камере встречались Чехов и Голохвастов. Павел Дмитриевич приглашал Чехова и в свое родовое гнездо — в Покровское – Рубцово. Было о чем поговорить при встрече… Великолепно образованный, поистине одержимый наукой, эрудит — чрезвычайно интересным собеседником был Павел Дмитриевич! А еще… Было и другое удовольствие у Чехова в Покровском-Рубцово — рыбалка. Тут, на Малой Истре, Чехов рыбачил — «покушался на жизнь окуней, голавлей и линей», как он выражался…
Но в 1892 году Павла Дмитриевича Голохвастова не станет. И так уж судьба причудливо распорядится – вновь сведет Чехова в самом конце его короткой жизни с Покровским –Рубцово, поскольку в конце 90-х годов
XIX века эту усадьбу приобрел Савва Морозов, а с ним Антон Павлович был хорошо знаком. Да, тот самый Савва Тимофеевич Морозов — потомственный почетный гражданин, мануфактур — советник, директор – распорядитель правления Товарищества Никольской мануфактуры, председатель Нижегородского ярмарочного комитета, меценат и крупнейший пайщик Московского Художественного театра, но главное – человек незаурядный, нестандартный. Под стать ему и жена Зинаида Григорьевна – женщина с ярким, сильным характером.
Сохранились воспоминания З.Г. Морозовой о Чехове, о его жене Ольге Леонардовне Книппер – Чеховой в пору их пребывания в Покровское – Рубцово: «…Я его узнала и поняла как человека, когда он с Ольгой Леонардовной приехал к нам в Покровское…Сначала он был со мной очень застенчив, но потом стал понемногу отходить, и так как я и Антон Павлович мы оба рано вставали, то стали пить кофе внизу на террасе, и он ко мне привык…После кофе мы обыкновенно переходили в большую комнату, садились на угловой диван, который был широкий и с массой подушек, и, сидя на диване, Антон Павлович каждый раз говорил: «А знаешь, Зинаида Григорьевна, если бы у меня был такой диван, я бы сидел на нем целый день и думал…». Савва Тимофеевич, который вставал раньше всех, сделав гимнастику и искупавшись в Истре, подсаживался к компании. Говорили мы с ним (Чеховым) обо всем и отлично друг друга понимали».
Бесконечно радовались приезду Чехова морозовские дети. Старший, Тимоша, с отцом и Антоном Павловичем встречали рассвет с удочками на Малой Истре. После завтрака Машей и Лелюта не отходили от «любимого дяди».
В воспоминаниях З.Г.Морозовой о Чехове можно встретить и почти курьезный случай. Священник из находящейся в имении Морозовых церкви Покрова Божией матери отец Гавриил Боголюбский попросил познакомить его с Чеховым. Зинаида передала его просьбу Антону Павловичу, и вот приходит отец Гавриил, робко садится перед Чеховым… Зинаида Григорьевна вышла, чтобы не мешать их разговору. Вернувшись, она увидела молча сидящих друг против друга священника и А.П. Чехова. Позже на ее недоуменный вопрос, почему они молчали, А.П. Чехов ответил: «Мы думали и говорили молча»…
В последний раз А.П. Чехов побывает в Покровском-Рубцово летом 1903 года. Это будет дважды. Обстоятельства, предшествующие этим поездкам, таковы.
В мае 1903 года А.П.Чехов на приеме в московской клинике у профессора А.А. Остроумова, известного в то время врача. «А у меня новости, — пишет Чехов не без горькой иронии одному из своих знакомых. Был я у профессора Остроумова. Он нашел у меня эмфизему, дурное правое легкое, остатки плеврита и проч. и проч., обругал меня, запретил зимою жить в Ялте и приказал мне зимовать где-нибудь под Москвой на даче…».
Зимнюю дачу Антон Павлович и его жена подыскивали, в том числе, в окрестностях Воскресенска, многим памятному Чехову по восьмидесятым годам. Савва Тимофеевич и Зинаида Григорьевна Морозовы готовы помочь. Они присмотрели для А.П. Чехова одну из дач, которая выставлялась на продажу.
И вот 13 июня 1903 года Антон Павлович и Ольга Леонардовна в имении Морозовых, гостят здесь двое суток. Увы, предложенная дача, при всех ее плюсах, всё же не подошла.
У Морозовых новые предложения. Кстати, не только у Морозовых. Любопытно, что, например, тот самый отец Гавриил Боголюбский, с которым Чехов «говорил молча», принимал участие в поисках подмосковной дачи для А.П. Чехова. 22 июня Ольга Леонардовна снова едет в Покровское — Рубцово, позже приезжает Антон Павлович. Однако очередной вариант вновь оказался не из лучших.
К сожалению, дачу под Воскресенском так и не удалось приобрести, что не помешало Чехову в одном из писем пошутить: дачу не купил, «но все же чувствую себя звенигородским помещиком…»
7 июля А.П.Чехов с женой уезжает в Ялту. Вскоре туда последовало письмо З.Г.Морозовой: «Милая Ольга Леонардовна. Сегодня получено письмо ко мне Антона Павловича, которое я и ждала… Я со всех сторон слышу, что вы остались довольны нашим Покровским,….и я могу сказать то же самое, что Вы и Антон Павлович оставили у нас лучшие воспоминания, а главное чувство простоты, которое я чувствовала с вами. Я это очень ценю в людях».
Тут же в письме о важном намерении Саввы Тимофеевича — он решил подарить Чехову свою любимую дачу, построенную Ф.О. Шехтелем на Киржаче. Вот что пишет З.Г.Морозова: «Я не оставляю мысли, что будущее лето вы будете у нас. В настоящее время мы заняты устройством для вас дачи и, кажется, будет очень складно, даже будет маленький кабинетик и стеклянная терраса для Антона Павловича. А так как будет речка, и крутой берег, то, вероятно, и Маклаков с хворостинкой (общий знакомый Чеховых и Морозовых). Так что наши мечты будут исполнены. Савва Вам и Антону Павловичу кланяется и сегодня безумно счастлив – вернулся с фабрики и привез дачу…PS. А в августе я вас жду к нам…».
Но следующим летом Антона Павловича Чехова не станет…
Позднее Зинаида Григорьевна напишет: «Родная Ольга Леонардовна. Я посылаю фотографию дачи, которую мы с Саввой Тимофеевичем любовно переносили в Покровское для Антона Павловича, думая, что он там будет жить и зиму, и лето. Но бог сделал иначе!!!».
Елена Штейдле. Краеведческое общество «Наследие».