В связи с проектом по сохранению Ново-Иерусалимского монастыря на его территории с 15 сентября нынешнего года проводятся археологические изыскания. Этим занимается Институт археологии Российской академии наук. К процессу подключены два сектора института — архитектуры Москвы (зав. отд. Л. А. Беляев) и охранных раскопок (зав. отд. А.В.Энговатова).
Под руководством доктора исторических наук, профессора Леонида Андреевича Беляева сейчас в Новом Иерусалиме трудятся около 30 археологов, возрастом от 20 до 50 лет. Работать тяжело, особенно в условиях осени — приходиться и копать вручную, и вести поиск «ручным перебором», однако исследователей это не останавливает. Здесь трудятся увлечённые люди, для которых, как они говорят, археология – образ жизни. На сегодняшний день они уже проделали большую работу и добыли археологический материал, представляющий колоссальный интерес для историков (да и для всех нас).

В бывшем помещении вечерней школы сейчас создана камерально-реставрационная лаборатория, где собирается материал с раскопок, который здесь обрабатывается — разбирается, расчищается, реставрируется, классифицируется и шифруется.
Вот что сказала в интервью начальник камеральной лаборатории, научный сотрудник института Археологии Ольга Николаевна Глазунова:
— В ходе работ было много интересных открытий. Наверное, самое неожиданное – следы древних поселений бронзового и железного века, найденные с восточной стены монастыря. Среди находок того периода, кроме керамики, обнаружен «высверл» боевого каменного топора.

К раннему периоду местной истории относится и элемент женского украшения финских народов – «шумящая подвеска», которую можно датировать, приблизительно, 11 веком нашей эры.

На территории монастыря с помощью 4 раскопов и разведочных шурфов был локализован пруд, существовавший при Патриархе Никоне. Обнаружено несколько древних фундаментов — не всё пока выяснено, но, скорее всего – старого государева деревянного дворца и каменного флигеля.
Много находок времён стрелецкого бунта, в том числе, несколько мушкетных круглых пуль, из которых 7 штук не стреляных; стрелы. Большой клад (46 штук) серебряных монет, «чешуек», в основном, изготовленных в дни царствования Алексея Михайловича.
Некоторое количество церковных древностей — паломническая застёжка (похоже, из Испании), образки цветного металла с ликом Богоматери Иерусалимской и Воскресения, которые здесь производились и приобретались паломниками, как благословение Нового Иерусалима.

При раскопе фундамента государева (Елизаветинского?) дворца нашли предметы роскоши Петровского времени – до 30 фрагментов голландских курительных трубок, целую коллекцию стеклянных сосудов – кувшин, кружку, английская бутыль (штоф). 
А также — монеты 30-х годов 18-го столетия, самая ранняя из них полушка, относящаяся к 17 году, есть 5-тикопеечая монета «крестовик» 29 года. Откопали различные вещи хозяйственно-бытового назначения: ножи, дверные петли; инструмент – кирку, кузнечные клещи, гвозди, черту, долото. Подняли из земли надгробную плиту Татищева.
Совместно с геологами исследовали шурфы, сделанные по периметру крепостной стены, и удалось выяснить технологию строительства – с северной стороны закладывался фундамент, ставились башни, потом подводились стены. С юга стены возводились почти без фундамента, методом подсыпки.
— Ваши специалисты проводили изыскательную работу в Троице-Сергиевой лавре, в Москве – в Кремле, Свято-Даниловском, Зачатьевском монастырях, в Спасо-Ефимьевском монастыре в Суздале. Работа в Новом Иерусалиме отличается чем-то особенным?
— Впечатляет огромное количество обломков изразцов различного назначения, в том числе множество архитектурных (служивших для декора зданий). Считается, что именно отсюда пошла традиция изразцового украшения зданий. Среди керамики много любопытного – это и элементы порталов окон и дверей, и фигурные плитки пола – треугольные и шестиугольные очень интересной технологии «под мрамор» из смеси двух глин. Есть уникальная находка фрагментов нимба керамической иконы.

Всё указывает на то, что при монастыре существовало изразцовое производство — множество нестандартных изразцов, обломок изразцового штампа для пропечатывания рисунка. Редчайшая находка, таких известно всего две-три – уточняет Ольга Николаевна.
Иногда, не отрываясь от работы, нашу беседу дополняли другие специалисты — Елена Майорова разбирая находки, Светлана Борзова глядя на осколок изразца, рисовала, восполняя на бумаге его утраченный рисунок. Молодой археолог Андрей Жуков сказал:
— Новый Иерусалим можно назвать колыбелью изразцового искусства.
При монастыре работали мастера из разных мест (авторство многих изразцов приписывается Степану Полубесу, которого Святейший Патриарх Никон привез из Мстиславля). Здесь разрабатывались новые технологии, всё бурлило, кипело, что-то потом разошлось по Руси (после того, как Патриарх Никон был сослан, и мастера разъехались), а что-то осталось только здешним, уникальным. Мы нашли изразцы всевозможных технологий, размеров, цветов, с рельефами разной высоты, с надписями, рисунками, с ликами ангелов, с изображениями львов. Встречаются муравленые (зелёные, как мурава) изразцы, среди них – с поливой «по ангобу», и просто по красной глине. С символами и эмблемами – «эмблематы», созданные по «Книге Символов и эмблем» (эта книга оказала большое влияние на культуру 18 века). Встречаются изразцы с надписями, которые можно прочесть. Здесь так всего много – стилей, досок, методов, что сложно классифицировать находки – это многоступенчатый процесс.
На следующий день нам удалось встретиться с руководителем раскопок Леонидом Андреевичем Беляевым, и он дополнил интервью:
— Много работы здесь производилось и до нас, в основном, реставрационной, и, к сожалению, археологической фиксации не сохранилась. Поэтому нам предстояло самим узнать – первое: какова конфигурация Ново-Иерусалимского холма? Считалось, что это огромный насыпной холм. Если это так, то было нужно выяснить — каким образом он создан: с помощью котлована, рвов, столбов? Второе: что служит основанием стен? Третье: какие на территории монастыря находились постройки, памятники археологии? Сколько их? Разноречивая, порой ошибочная информация вводила в заблуждение, и мы не знали, с чем будем иметь дело. А без этого знания нельзя вести восстановление.
Первый этап раскопок оказался очень удачным – найдены следы поселений первого тысячелетия до н.э., есть яркие находки 10-12 веков, следы заселений 16-17веков.
Вместе с геологами мы исследовали состав холма – оказалось, что это природное, очень древнее место, в основе которого песок и морена – мощный слой ледникового образования. И, самое важное, на территории монастыря с южной стороны обнаружилась очень плотная застройка, фундаменты зданий и большой мощёный двор (в19 веке на этом месте уже был сад). Сохранились горевшие (после пожаров) деревянные полы, основания печей. Мы ничего не разрушали, но с помощью небольших шурфов смогли убедиться, что под этими постройками есть и другие, более старые.
Обследована только часть территории, впереди ещё ждёт большая работа. Реставрация монастыря рассчитана на 7 лет, и мы надеемся трудиться здесь в течение этого времени совместно с геологами. А вокруг Нового Иерусалима расположена Русская Палестина, которую тоже предстоит исследовать.
Изыскатели сотрудничают с музеем «Новый Иерусалим», который предоставил возможность изучения фондов; кроме того, им помогают художники-керамисты Николай Евгеньевич Любимов и Лариса Михайловна Чернинилова. Благодаря совместной работе и на основании найденного материала реконструированы некоторые изразцы и изразцовые печи. К намечавшемуся приезду Святейшего Патриарха Кирилла была подготовлена выставка из находок. Все экспонаты археологи намерены передать Новоиерусалимскому музею.

